Фронтовик Сергей Сергеев почти полвека носил под кожей осколок снаряда

08:10 25 марта 2015
2898
0
alt=

В военных рассказах ветеранов Великой Отечественной сегодня редко звучат названия российских городов, таких как Москва, Ленинград, Курск, Сталинград; бывших союзных республик – Эстония или Украина. Потому что людей, воевавших на западных фронтах, в самом пекле Второй мировой войны, остались, как это ни горько сознавать, единицы. Ветераны уходят из жизни. Даже те, кому в 1941 году было 18, уже перешагнули порог 90-летия.

Сергей Андреевич Сергеев – житель села Сержантово Дальнегорского городского округа. В сентябре прошлого года ветеран Великой Отечественной войны отметил 90-летний юбилей. Для Сергея Андреевича Ленинград – это не прежнее название Санкт-Петербурга, а город из военного прошлого, окруженный кольцом блокады. И Эстония для ветерана Сергеева – это не бывшая союзная республика, а территория ожесточенных боев, за один из которых он получил редкую даже для кадровых военных награду – орден Александра Невского.

«Не хватало даже боеприпасов»

22 июня 1941 года стало днем, который разделил миллионы людей. Все, кто подлежал призыву, отправлялись на фронт, кто не подлежал – работал в тылу. Семья Сергеевых жила в Кировской области, в деревне Дербеки. Сергею Сергееву 18 лет исполнилось в 1942 году. К своему совершеннолетию он закончил в Кирове фабрично-заводское училище, работал токарем на авиазаводе, но рвался на фронт. Отнес заявление в военкомат, через три дня пришла повестка.

– Я попал в полковую школу там же, в Кирове, – рассказывает ветеран. – Проучился три месяца, получил звание сержанта. В начале января 1943 года нас одели во все новое и отправили в Ленинград. Мы почти доехали до Тихвина (Ленинградская область. – «ПГ»), когда началась бомбежка. От состава оторвало два последних вагона, кого-то ранило, кого-то убило. Состав пошел дальше, а мы пешком через Ладожское озеро переправились на другую сторону – в Ленинград. Попали в 55-ю морскую стрелковую бригаду.

С 12 января 1943 года началась наступательная операция советских войск с целью прорыва блокады Ленинграда, в которой участвовали войска Ленинградского и Волховского фронтов, в том числе и 55-я бригада, куда распределили Сергея Сергеева.

Бои были тяжелыми, вспоминает ветеран. Против хорошо подготовленной армии противника вышли неопытные 19-20-летние парни, у которых элементарно было мало боеприпасов. Несмотря на большие потери, советские войска смогли прорвать кольцо ленинградской блокады, Но закрепить стратегический успех, обеспечив надежную железнодорожную связь Ленинграда со страной, в результате операции не удалось. Оборона Ленинграда растянулась еще на многие месяцы.

Впоследствии бригаду перебросили на Синявинские высоты (окрестности поселка Синявино Ленинградской области. – «ПГ»), где бойцам сказали рыть в первую очередь траншеи. Когда появлялись танки, солдаты укрывались в этих сооружениях, пропускали немецкие машины и взрывали их гранатами.

– Нам говорили: «Копаете траншею для себя. Как выкопаете – так и выживете», – вспоминает Сергей Андреевич. – Сделаешь неглубокую траншею – немец задавит. Над моей траншеей однажды развернулся танк, видимо, гад, заметил меня. Я еле выбрался.

«Пусть судят потом»

В мае 1943 года фронтовик Сергеев получил тяжелое ранение в спину, перенес две операции и четыре месяца пролежал в госпитале в Ленинграде. Когда смог подниматься, стал понемногу выходить в блокадный город.

– Видел, как умирали люди от голода, как бомбила Ленинград немецкая авиация. Прошло много лет, а воспоминания не померкли, – говорит ветеран.

После госпиталя его определили в батальон выздоравливающих, а там был организован набор на офицерские курсы, куда его, имевшего звание сержанта, зачислили почти автоматически. После окончания курсов Сергеев получил звание младшего лейтенанта и в составе войск Ленинградского фронта был направлен на Карельский перешеек.

Перед форсированием озера Салонъярви младший лейтенант Сергеев вместе с командиром роты пошел на разведку местности и попал под обстрел. Командира ранили в живот, Сергеева – в голову. Фронтовик снова оказался в госпитале. К счастью, ранение было не очень серьезным, но маленький осколок вошел в кожу головы. Удалить его не получилось: он распадался на части, когда врач пытался вытащить его. Так и проносил Сергей Андреевич этот осколок почти полвека. Но, как и обещал когда-то военный хирург, осколок вышел сам, и сразу после этого прекратились головные боли.

Из госпиталя младшего лейтенанта Сергеева направили в 63-ю гвардейскую дивизию. После форсирования реки Нарвы подразделение перебросили на Чудское озеро.

– В нашей роте было три взвода, одним из них командовал я. Нам поручили зачистить от врага небольшую деревушку, – вспоминает фронтовик. – Два взвода, которые шли перед нами, попали под кинжальный пулеметный огонь, люди полегли. Я дал своим бойцам команду идти в обход. А приказ был: только вперед. Догоняет меня связной, говорит: «Если не подчинишься приказу, тебя судить будут». Я говорю: «Пусть судят потом». Мой взвод сумел обойти здание, из которого немцы вели пулеметный огонь, и забросал противника гранатами. Путь для продвижения наших частей был свободен.

Людей я сберег, но приказу, получается, не подчинился.

Через три дня Сергеева снова ранило – на этот раз в руку. Младшего лейтенанта направили в госпиталь в Псков.

– Однажды в палату зашел майор из штаба армии вместе с начальником госпиталя. «Кто Сергеев?» – спросил майор. Я подошел, а он говорит: «Награжден орденом Александра Невского, поздравляю», – вспоминает боец.

Орден Александра Невского был учрежден еще в царской России, упразднен как государственная награда в 1917 году, а в 1942-м учрежден в СССР снова – уже для награждения командного состава Красной Армии. Его редко удостаивался младший офицерский состав. Орденом Невского награждали командиров за личную отвагу, храбрость и военные действия, которые при малых потерях наносили крупное поражение врагу.

«Цветущий Приморский край»

От последнего ранения Сергей Андреевич уже не оправился. Из-за повреждения сухожилий рука совсем перестала работать. Бойцу дали вторую группу инвалидности и демобилизовали. Шел 1945 год, до Победы оставались считанные месяцы. Сергей Сергеев вернулся в родной колхоз, встретил здесь свою любовь – бывшую одноклассницу Валентину. Создали крепкую семью – такую, когда вместе и в горе, и в радости.

Первое время Сергеевы жили в родном колхозе, здесь родились две дочери. Тем не менее супруги решили переехать на другой конец страны.

– Однажды друг мне принес небольшую книжку «Цветущий Приморский край». Сказал: «Почитай, подумай, есть возможность три семьи отправить на Дальний Восток», – вспоминает Сергей Андреевич. – Я прочитал, мы с женой посоветовались и решили переезжать.

Первым местом жительства семьи Сергеевых в Приморье стал Тернейский район, впоследствии супруги перебрались в село Сержантово. Сюда переезжали уже большой семьей, с четырьмя дочками. Через некоторое время на новом месте родился сын. Сейчас дети, понятно, выросли, обосновались рядом: кто в Сержантово, кто в Дальнегорске. Семья за десятилетия разрослась: у Сергея Андреевича 12 внуков, много правнуков, а сейчас уже и праправнуки рождаются. Как-то ветеран попробовал с карандашом в руках пересчитать всех домашних – получилось больше 50 человек. Жаль, что супруга Валентина Егоровна ушла из жизни 20 лет назад, вскоре после того, как Сергеевы отметили полувековой юбилей совместной жизни.

Люди, прошедшие суровую жизненную школу, твердые по характеру. Дочери рассказывают, что в детстве папа не повышал на них голоса, но был требовательным, и если что сказал, его бесполезно было переубеждать или упрашивать. При этом твердость характера в нем всегда удивительно сочеталась с человечностью и деликатностью. А еще (и это неподвластно логике) многие из фронтовиков словно несут в себе чувство вины перед теми, кто не выжил в войне. Из родного колхоза, говорит Сергей Андреевич, ушли на фронт 20 человек, а вернулся только он один. Тем, кто не воевал, этого не понять…

Татьяна Аниканова