Дорогие друзья! Это новая версия сайта primgazeta.ru. Если вы заметите ошибку в работе сайта, пожалуйста, сообщите о ней на электронную почту primgazeta@mail.ru

Бандитское Приморье: в 1907 году 500 хунхузов напали на железнодорожную станцию Пограничная

11:21 26 марта 2017
1387
0
alt=

«Приморская газета» уже писала о хунхузах — местных бандитах, преимущественно китайцах, которые на протяжении более чем полувека терроризировали местное население. Они нападали на деревни, грабили население, брали людей в заложники ради выкупа, а также охотились на золотоискателей и добытчиков женьшеня. Были даже «морские хунхузы» — по сути пираты, нападавшие не только на китайские «шампуньки», но даже и на русские пароходы с казной. Покончили с этой напастью только в конце 1920-х годов... 

СЛОВО, ИЗВЕСТНОЕ ВСЕМ

Буквально самые первые жители нынешнего Приморья, приехавшие из европейской части России, столкнулись с этим тревожным явлением. Слово «хунхузы» стало обычным в местном словаре, наряду с тайгой и тайфуном, манзой и тигром. Есть несколько версий его происхождения, но основная — от китайского «хун-ху-цзы», то есть «краснобородые». В традиционном китайском театре еще со времен средневековья было принято «обозначать» разбойников большими бородами красного цвета. Позже это выражение закрепилось за реальными бандитами, а в русском произношении еще и удачно совпало с множественным числом. 

В 1914 году Владимир Арсеньев писал: «Хунхузы в Уссурийском Крае — обычное явление. Неся с собою смерть и ужас, шайки их бродят повсюду, нападая то на русские, то на китайские поселения. Везде, где околонизовались манзы, есть хунхузы, и чем больше китайцев, тем больше хунхузов!». Регулярные нападения на селения даже получили одно время название «хунхузиады» по той причине, что сообщения об этом появлялись практически постоянно. Практически набралась эдакая многосерийная «разбойничья сага», отдельные эпизоды которой происходили и во Владивостоке. 

Вот лишь пара публикаций газеты «Владивосток». Сентябрь 1906 года: «В ночь на 7 сентября шайка хунхузов, состоящая из 5 чел., вооруженных американскими топориками, кинжалами и револьверами, совершила набег на китайскую фанзу в Корейской слободке». И та же газета, только на 20 лет раньше, апрель 1886 года: «Нам передают, что посланный ночью 8 апреля десант под начальством подпоручика Лисицина на манзовской лодке осмотрел о-в Попова и другие острова для поисков хунхузов, напавших ранее в шхерах близ острова Рикорда на китайцев же (постоянных жителей Владивостока), и около о-ва Антипенко нашел 3 шлюпки с вооруженными манзами. Захватил их в числе 28 человек и сдал в Славянку». 

МОРСКОЙ ДЕСАНТ

В следующем номере сообщались многие интересные подробности. «Десант» отправился из Владивостока в 7 часов вечера на «шампуньке» — небольшой китайской шлюпке. В ней поместились 15 рядовых 1-го Восточно-Сибирского линейного батальона под командованием подпоручика Лисицина, переводчик, полицейский чиновник и один матрос Сибирского флотского экипажа, знающий местность внутри Русского острова. Плюс один офицер-волонтер, который и описал всю экспедицию под псевдонимом Т. Выражался он довольно официально: 

«Цель нашего движения — поимка партии хунхузов, которые с открытием навигации начали свои хищнические действия в районе окрестных островов. По указаниям тех лиц, которые руководили нашими действиями, хунхузы были на южном берегу Русского острова, в гроте близ мыса Тобизина. Познакомив спутников с побережьем той части острова, где мы надеялись захватить разбойников, был выработан план: шампунька, став на якорь у соседнего мыса Шмидта, высадит часть партии, которая должна отрезать путь с Тобизина на сам остров. Шлюпке же надо было держаться под берегом и, в случае бегства хунхузов в море, преградить им путь к отступлению». 

Далее сообщалось, как десант, не найдя никого на мысе Тобизина, прошел между островами Рикорда и Рейнеке, заблудился в тумане и на следующее утро вышел в район Славянки. Задержав там (с перестрелкой) две  «шампуньки», обнаружили на них кое-какое оружие. После этого, посчитав пассажиров хунхузами, с победой вернулись домой. 

КНЯЗЬ-ХУНХУЗ

А теперь — об уникальном случае, имевшем место в 1907 году. Необычность его в том, что 30 мая было совершено наглое нападение более чем 500 хунхузов на железнодорожную станцию Пограничная. После того, чтобы спокойно провести ночь, население всего прилегающего китайского поселка со своим наиболее ценным имуществом шло ночевать на вокзал, надеясь, что его защитят войска. А кто особенно опасался бандитов, даже уезжал на ночь на станцию Гродеково как более надежную. Такой страх на местное население навел почти легендарный предводитель шайки хунхузов, именовавший себя «князем» и «командующим войсками в сопках».  Во время этого налета был убит начальник IV отделения полицейского надзора, ротмистр Иванов, трое человек, охранявших арестантов, а сами они (арестанты) выпущены. «Князем», как считала молва, был русский, бывший офицер, что придавало делу особую пикантность. Из уст в уста передавалось, что он носит погоны и фуражку, была известна и его фамилия — Фадзинов (кстати, не очень-то русская). За ним охотились, и в ночь на 23 сентября 1907 года другой ротмистр, Леонтьев, получив от агентуры сведения о том, где он находится, провел облаву и схватил Николая Фадзинова в доме некоего Гайдукевича на приграничной китайской станции Даймагоу. 

Оказалось, что Фадзинов не беглый офицер, а 30-летний осетин, можно сказать, мелкий торговец. Еще в 1903 году он уехал с родного Кавказа и стал служить у купца в Вятской губернии. Накопив 1 500 рублей (сумма немалая), в 1904 году, с началом Русско-японской войны, он объявился в районе расположения российских войск и стал торговать мясом. Скопив на поставках уже 4 500 рублей, Фадзинов приехал к брату в Пограничную, намереваясь здесь заняться бизнесом. Купил участок, построил дом и открыл винно-бакалейную торговлю. Но ротмистр Иванов закрыл его заведение, сказав, что он кавказцев не любит, а лавка вскоре сгорела... 

РОКОВОЕ СТЕЧЕНИЕ ОБСТОЯТЕЛЬСТВ

Все эти подробности выяснились 16 августа 1908 года на заседании сессии Пограничного окружного суда в городе Харбине. Именно там рассматривалось дело Фадзинова. Обвиняли его по четырем пунктам: во-первых, в том, что он вступил в шайку хунхузов и сделался ее атаманом, причем титуловал себя «капитаном сопок» и князем; во-вторых, что в ночь на 30 мая 1907 года напал на Пограничную; в-третьих, что из личной мести убил ротмистра Иванова и похитил вещи и деньги; в-четвертых, что захватил арестантский дом, выпустил оттуда заключенных и убил троих человек из стражи.  Самого Николая Фадзинова в газетах описывали так: «Громадного роста, крепкого и сильного сложения, с блестящими глазами, выбритой бородой и необычайно большими и густыми, как чаща, черными бакенбардами». Он производил впечатление человека твердого характера и сильной воли, поскольку, будучи даже закованным в цепи, на суде «улыбался и как будто этим посылал привет публике». Во время процесса он поведал о всех тех событиях, которые привели его к хунхузам. После пожара в лавке Фадзинов завел ресторан с бильярдом, но и его ротмистр Иванов закрыл. А дом неудачливого осетина по странной случайности тоже сгорел в январе 1907 года.  Полицией был составлен протокол по поводу пожара, и агент страхового общества «Саламандра» уже готов был выдать деньги, но потребовал копию этого документа. Фадзинов обращался к ротмистру Иванову четыре раза, но Иванов не хотел выдавать копию. Когда же погорелец явился к полицейскому чину в пятый раз, Иванов потребовал паспорт. Тут-то и произошло главное: обнаружив паспорт просроченным, он пригрозил выслать Фадзинова по этапу обратно на Кавказ. С этого момента загнанный в угол кавказец решил, что вполне логично отомстить Иванову. Он нашел в тайге хунхузов, попросил у них помощи, и те охотно пошли навстречу.

СКОРЫЙ СУД

Наверно, в наше время подобный процесс тянулся бы годами, но век назад хватило одного дня — впрочем, заседали до полвторого ночи. Суд выслушал обвинение, защиту, свидетелей. Фадзинов отрицал, что был предводителем хунхузов; по его словам, в целом бандой (то есть полутысячей боевиков) руководил некий Ван-ды. Но поймать его и спросить, так ли это на самом деле, не удалось... На суде выяснилось, что Фадзинов возглавлял группу из 70 человек, этими силами он окружил дом, где жил ротмистр, и начал выламывать дверь. При этом хунхузы стреляли в воздух, чтобы вызвать панику. Когда Фадзинов наконец-то ворвался в квартиру Иванова, ротмистра там не оказалось.  Ничего не узнав у старухи, его родственницы, Фадзинов вышел во двор и начал совещаться, что делать; в это время он заметил, что Иванов выбежал из казармы. По команде Фадзинова хунхузы дали залп, Иванов упал, мститель подбежал к телу и убедился, что это ротмистр. После этого группа Фадзинова за мостом встретилась с другим отрядом, который и громил арестантский дом. Кто похитил вещи из квартиры Иванова — осталось невыясненным; Фадзинов взял только погоны и форменную фуражку убитого, а «князем» себя называл для солидности. Так что с него сняли обвинения в грабеже и нападении на дом заключения. 

Как писали газеты, «защитник своими сильными логическими доводами немало облегчил участь подсудимого». Тем не менее наказание было суровым: «капитана сопок» приговорили к лишению всех прав состояния и 15 годам каторжных работ. В конце процесса он уверенно сказал: «Фадзинов не будет сидеть»... И действительно, «хунхузских» процессов прошло немало, но только в случае смертной казни можно было быть уверенным, что бандит больше не станет добывать деньги преступным путем. Для всех остальных жажда легкой наживы оказывалась непреодолимой.  

Иван Егорчев, член Русского географического общества

Фото wikimedia.org

 

Комментарии

Авторизуйтесь с помощью соц. сетей

Читайте также:

Приморцам стоит ждать 16 января небольшой снег

Небо будет затянуто облаками

Андрей Разин обезглавил ХК «Адмирал» в минувшую субботу

«У руля» за него будет Олег Леонтьев

Специалисты нацпарка «Земля леопарда» получили уникальные данные о тигрятах

Некоторое время они жили вместе с мамой и регулярно проводили фотосессии